ГАЗЕТА "КАТАРСИС"

Газета «Катарсис» май 2019г. Спецвыпуск 23

ВСЕРОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВЕННОЕ  ДВИЖЕНИЕ «РОДНИК»

сайт: движениеродник.рф

май 2019 г. Спецвыпуск № 23

Катарсис (очищение)

Внеочередной номер газеты «Катарсис» посвящен празднованию 74-й годовщины со дня славной Победы в Великой Отечественной войне 1941-45 годов.

Сколько бы ни прошло времени со Дня Великой Победы наш народ всегда будет помнить ее, как знак торжества правды над злом. Это такой же памятный день, как и те даты побед над врагом, которые послужили нашим предкам для начала летоисчисления (7 с половиной и 13 тысяч лет назад).

В номере представлены статьи: «Фильм «Т-34» и достоверные основания», «Бессмертный подвиг Эрдни Деликова», «Герои 8-й гвардейской армии», «Младшенький из семьи Андрушенко», «Аннушка – сестра батальона», «Легендарный снайпер Сталинграда».

Статьи посвящены памяти народных героев, отстоявших мир на земле и завещавших нам хранить славные боевые традиции нашей Родины.

Фильм «Т – 34» и достоверные основания

Военная драма режиссера Алексея Сидорова была снята в 2018 году. Он же был и сценаристом этого произведения.

На премьере фильма в начале 2019 года публика узнала о содержании сюжета. Курсант-танкист Ивушкин в бою с превосходящими силами фашистов в полной мере проявляет свои полученные в училище знания и умения. В бессознательном состоянии попадает в плен и проводит в нем достаточно долгое время.

И вот волею судьбы ему была предоставлена возможность вырваться из ада фашистского плена. Немецкий танковый асс Ягер, с которым в свое время он бился в первом бою, теперь ищет русских танкистов для создания танкового экипажа, служащего вместе с танком движущейся мишенью на танковом учебном полигоне. В итоге экипажу танка Т-34 удается выбраться с полигона на тактический простор в одной из германских земель. По сюжету фильма герои достойно выбираются из ситуации, организованной немцами погони.

Фильм производит хорошее впечатление своей достоверностью, насыщенностью действий и переживаний его героев. Можно ли было сделать фильм лучше? Наверно, да. Но это уже вопрос не к дилетантам в комментариях к титрам фильма, а к профессионалам, которые честно исполняют свой гражданский долг по отражению исторической действительности. А фильм отражает конкретный пример подвига наших дедов и прадедов. Это достойная тема и нашла отражение в творческом труде сценариста и режиссера А. Сидорова.

Тяжелый танк ИС-1.

В книге мемуаров Н.К. Попеля, бывшего члена Военного Совета 1-й танковой армии под командованием Катукова М.Е., «Впереди — Берлин» (СПб, 2001), есть поясняющие материалы к сюжету обсуждаемого фильма «Т-34».

В начале апреля 1945 года войска 1-й танковой армии овладели населенным пунктом Куммерсдорф, в 30 км к югу от Берлина. Здесь в 1930-40-х годах находился Куммерсдорфский испытательный полигон Рейхсвера, где испытывали новые виды танкового и артиллерийского вооружения, а также боеприпасов. Кроме того, здесь неподалеку находился даже ядерный полигон. В то же время было известно, что здесь выясняли особенности трофейных образцов техники, выявляли ее наиболее удачные конструкторские решения. Использование этих новых знаний позволяло фашистской Германии сэкономить огромное количество времени, денежных средств и материальных ресурсов. В ходе исследований велся поиск эффективных средств борьбы с образцами вражеского вооружения и методов защиты от него.

В поисках интересной с технической точки зрения документации там побывали представители инженерно-технической службы нашей танковой армии. Эта комиссия выяснила, что частично документация сохранилась. Был даже обнаружен один экземпляр нового вооружения под кодовым названием «Мышонок». «Мышонок» — это танк весом 100 тонн (!) (для сравнения – вес танка Т-34 всего лишь 25,6 тонны со средней скоростью  54 км/час). С военной точки зрения этот «мышонок» был попросту бесполезен. Позже выяснилось, что найдены еще два таких «мышонка»: один был размещен в Цоссене перед Генеральным штабом Сухопутных войск, а другой находился в Берлине перед рейхсканцелярией Гитлера. Наиболее вероятной версией смысла всего этого была демонстрация устрашения для простого немецкого народа.

На полигоне были еще обнаружены наши расстрелянные танки и самоходки (ИС-1 и СУ-152). В танках найдены трупы людей. В том числе и в последней версии танка «королевский тигр».

Генерал-лейтенант Попель в своих мемуарах приводит сведения, полученные от подполковника Павловцева из политотдела армии. Павловцев рассказывал о том, что еще на Сандомирском плацдарме на реке Висла ему довелось слышать рассказ одного раненого радиста. Этот радист ранее был взят в плен и с двумя товарищами увезен немцами на Куммерсдорфский полигон. Этот танковый экипаж заставили участвовать в испытании советского танка на бронестойкость. По предварительным испытаниям фашистская комиссия высоко оценила слаженность и быстроту действий танкового экипажа. Председатель комиссии даже обещал свободу членам экипажа, но они уже знали цену фашистским обещаниям.

Средний танк Т-34

Командир танка перед началом испытаний приказал членам экипажа слушать только его команды. И стремительно на третьей скорости танк кинулся на наблюдательную вышку. Немецкие артиллеристы не стреляли: боялись уничтожить своих же начальников. Командир правильно рассчитал свой маневр. Эсэсовцы пытались остановить танк на бронетранспортере. Видимо, от безысходности и неожиданности развернувшихся действий танка. Снарядов на танке, разумеется, не было, поэтому транспортер они давили гусеницами. Потом рванули на восток. Когда горючее кончилось, стали пробираться пешком. Командир и механик-водитель в пути погибли и лишь еле живой радист дополз до своих. Он к этому времени тоже был ранен и истощен до крайней степени. Павловцев не успел его до конца расспросить, военные обстоятельства заставляли его в тот момент отлучиться. А радист в госпитале вскоре умер… Даже его фамилию не успели записать.

Таким образом, были получены документальные сведения о том, что советских военнопленных гитлеровцы использовали в танковых экипажах, расстреливаемых во время движения танка на испытательном полигоне.

Расспросы Павловцевым местного населения дали еще кое-какие результаты. Так один дряхлый старик дал следующие показания, которые подтвердила его жена. Будто бы в конце 1943 года с полигона вырвался танк, домчался до ближайшего лагеря, раздавил проходную будку, порвал проволоку и освободил тем самым много военнопленных. Гестаповцы потом с собаками рыскали по округе в поисках сбежавших.

Но особенно местных немецких жителей поразил тот факт, что на пути танка оказались игравшие на мосту дети. Танкисты не раздавили их, а прогнали с моста, хотя самим беглецам тогда была дорога каждая секунда. Начальство полигона было вне себя от гнева, и жители округи догадались, что экипаж, по большой вероятности, был из состава русских военнопленных. В среде немецкого населения ходили слухи, что гестаповцы их поймали и расстреляли. Этот случай тоже доказывает правдивость слов радиста.

Правда, становилось понятным и то, что пересказанные факты не совпадали по времени (начало 1945 года и середина 1943). Расхождение было и в подробностях. Сам же старик-немец за верность товарищам и гуманность к детишкам назвал наших танкистов «рыцарями» … Фамилии танкистов были не известны, но подвиг их для потомков — бессмертен…

Послесловие. В декабре 1941 года на Куммердорфский полигон был доставлен первый танк Т-34 для проведения цикла испытательных исследований. В ходе которых были выяснены боевые характеристики советского танка, которые по основным показателям превосходили немецкие танки того времени. Важно, что эти факты признавали и сами немцы.

Советской художественной версией этой легенды является фильм «Жаворонок» (1964 год).

Гутков Александр, Магнитогорск

Бессмертный подвиг Эрдни Деликова

История Великой Отечественной войны знает множество историй подвига наших защитников. Одним из таких ярких примеров служит бессмертный подвиг сержанта Эрдни Деликова.

Эрдни Тельджиевич Деликов первым из калмыков удостоен звания Героя Советского Союза. А планета № 2113 по имени «Эрдни» с 1980 г. напоминает о том, кто стал вровень с богатырями героического эпоса «Джангар».

Эрдни Тельджиевич Деликов родился 22 ноября 1922 года, в поселке Ики-Заргакин Астраханской губернии (ныне Сарпинский район Калмыкии). В декабре 1941 года Эрдни Деликов был зачислен в эскадрон 273-го кавалерийского полка 110-ой Отдельной Калмыцкой кавалерийской дивизии.

Из наградного листа Э. Т. Деликова, представленного к званию Героя Советского Союза: описание подвига: «Сержант Деликов Э.Т., командир расчета противотанкового ружья (3 эскадрона 273 кавполка) в течение 6 суток оборонял переправу через реку Дон в районе хутора Пухлякова, отражая натиск вражеских бронемашин. Несмотря на беспрерывные бомбёжки самолётов, миномётный обстрел, отважный сержант не отходил от занимаемого рубежа.   21 июля 1942г. под прикрытием большого числа бронемашин, крупных сил авиации, фашисты стали теснить нашу часть. Бои приняли исключительно тяжелый характер. В этот момент сержант Деликов точным огнём ПТР уничтожил один за другим три немецких броневика и тем самым создал замешательство в боевых порядках противника.

Обозлённые неудачей, немцы стали на автомашинах подбрасывать к переправе автоматчиков. Сержант Деликов, перенеся огонь своего ружья на новую группу противника, тремя точными выстрелами, поджёг 3 грузовых автомашины, уничтожив при этом до 60 солдат и офицеров противника.

В момент, когда смелый воин целился в следующую машину, авиабомба оторвала правую ногу Деликова. Храбрый сержант, истекая кровью подбил четвёртую грузовую автомашину, уничтожив до 15 немецких автоматчиков. Вторая авиабомба, разорвавшаяся около сержанта, оторвала другую ногу у бесстрашного героя. Умирая, отважный сын советского народа Э.Деликов, превозмогая невыносимую боль, крикнул своим товарищам: «Бейте фашистских гадов!  Калмыки не отступают!».

Вдохновлённые героическим подвигом бесстрашного сержанта Деликова, бойцы, переходя в контратаку, отбили яростную атаку противника.»

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 марта 1943 года за образцовое выполнение боевых заданий и проявленные мужество и героизм сержанту Эрдни Тельджиевичу Деликову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Героический поступок, отвага, мужество Эрдни Деликова вдохновили поэта-фронтовика Семена Липкина, и он написал стихотворение «Подвиг». Вслед за Липкиным многие писатели и поэты Калмыкии – Б. Басангов, К. Эрендженов, Б. Дорджиев, В. Шуграева и другие – посвятили свои поэмы, стихи и очерки Эрдни Деликову. Эти строки для последующих поколений — символ любви и памяти о бессмертном подвиге молодого сержанта Эрдни Деликова, и всех героев, павших и сражавшихся в годы Великой Отечественной войны.

Мы вспоминаем подвиги воинов, мы скорбим о тех, кто отдал свои жизни за Родину, за всех нас. Их героическая жизнь будет всегда примером для подрастающих поколений. Вечная им память!

Прошло, промчалось время, но помнить будем мы.

Об этой переправе, о подвиге Эрдни!

Простой калмыцкий парень, степей бескрайних сын!

Калмыкию и вольный Дон, навек объединил!

(Александр Колодяжный, из стихотворения «Тюльпаны- ковыли»)

У памятника Эрдни Деликову в станице Раздорской

Н.Уланова.  В.Абнизов

Герои 8-й гвардейской армии

В мемуарах маршала Советского Союза В.И. Чуйкова «Конец третьего рейха» есть знаменательный эпизод. В тот заключительный период Великой Отечественной Чуйков являлся командующим 8-й гвардейской армии. Изначально это была знаменитая 62-я армия, которая покрыла себя неувядаемой славой в боях за город Сталина. Полученный ею опыт борьбы в условиях плотной застройки Сталинграда затем послужил основанием Верховному Главнокомандованию для перевода этой армии с участка одного из южных фронтов на стратегически важное берлинское направление, где особенно много было городских укреплений. Перед описываемыми событиями бойцы армии удачно форсировали реку Вислу с Магнушевского плацдарма, а в начале февраля им предстояла переправа через реку Одер уже в пределах самой Германии.

1 февраля 1945 года небольшие группы войск 8-й армии форсировали реку в нескольких местах и заняли несколько небольших плацдармов на западном берегу Одера с задачей объединить их в один общеармейский плацдарм.

Гитлеровская авиация усиленно утюжила переправляемые войска и стремилась уничтожить десантные подразделения на плацдарме.

В боях за плацдарм проявили исключительную отвагу и тактическую зрелость бойцы 6-й стрелковой роты 220 полка 79-й гвардейской стрелковой дивизии. Бойцы роты в числе первых завязали бой за высоту 81,5 на западном берегу Одера. Командовал ротой сын алтайского охотника старший лейтенант Афанасий Спиридонович Савельев. Умело рассредоточив силы, он грамотно атаковал противника ночью, захватил со своими бойцами три дзота и обратил в паническое бегство почти целый батальон гитлеровцев.

К утру, когда враг опомнился и предпринял решительные контратаки, Савельев впустил фашистов в лощину и обрушил на них огонь пулеметов из захваченных дзотов. В мечущихся фашистов полетели гранаты. Трижды противник предпринимал атаки и каждый раз, оставляя на поле боя десятки убитых и раненых, откатывался назад. Лощина, по которой враг рвался к своим дзотам, была усеяна трупами его солдат. Савельева ранило в ногу и в плечо, но он продолжал руководить боем. В медсанбат он ушел лишь после того, как на эти позиции переместился вначале штаб батальона, а затем и КП командира полка.

В роте Савельева по докладу командира полка М.С. Шейкина сказочной храбростью отличался наводчик станкового пулемета гвардии рядовой Сергей Андреевич Мостовой, бывший колхозник Калачевского района Воронежской области. Ростом Мостовой был великанского, а в плечах у него — явная косая сажень.

В боях за высоту 81,9 Сергей Мостовой все время был рядом с командиром роты. Отражая вражескую контратаку, он израсходовал восемь пулеметных лент. Когда кончились патроны, пустил в дело гранаты. Но вот не стало и гранат, а немцы продолжали наседать. Тогда боец разъединил пулемет, взял в одну руку станок, а в другую – лопату и, поднявшись во весь рост, бросился вперед. Раскрутив над головой пулеметный станок, он им разметал себе дорогу среди немецких автоматчиков, а лопатой крошил черепа тем, кто оставался у него под ногами. При виде русского богатыря немцы опешили и покатились обратно в овраг. На краю оврага Мостовой остановился, вытер с лица пот. И тут на глаза ему попался напуганный немецкий ефрейтор. Гвардеец схватил его и зажал под мышкой. «Уходите отсюда прочь, а то всем головы снесем!» — крикнул он и с пленным ефрейтором не спеша пошел к своему командиру.

В тот же день Афанасий Савельев и Сергей Мостовой были представлены к званию Героя Советского Союза. Президиум Верховного Совета СССР присвоил им это высокое звание.

Позднее, уже после войны, В.И. Чуйкову стало известно, что кавалер Золотой Звезды Сергей Матвеевич Мостовой выращивал на воронежской земле хорошие урожаи, а Афанасий Спиридонович Савельев после войны вернулся к себе на Алтай и продолжал дело своего отца.

Дополнительный поиск сведений о героях дал следующие результаты.

Савельев Афанасий Спиридонович в РККА с 01.01.1939 года. 1916 года рождения. Призван Родинским РВК. Место рождения – Родинский район Алтайского края. Это на запад от г. Барнаула на границе с Казахстаном.

В звании лейтенанта 227 стрелкового полка той же 79 гвардейской дивизии 10.05.1944 года в бою пропал без вести. Жене Кожемякиной Ольге Степановне в Троицкий р-н Алтайского края в Ржановецкий лесомехпункт было отправлено извещение о том, что ее муж пропал без вести.

Однако в том же году был награжден орденом Красной Звезды (Приказ о награждении от 16.10.1944 года). Савельев на тот момент исполнял должность адъютанта стрелкового батальона 220 стрелкового полка. Так получалась, что именно подобные должности, по сути, служили резервом командного состава в полках. В связи с тем, что командный состав на уровне взвод-рота-батальон обладал большой текучестью, поэтому с должности адъютанта Савельев свободно перешел на должность командира роты.

Приказ о присвоении звания Героя Советского Союза и награждении Золотой Медалью Савельева А.С. в документе дан в общем списке без описания условий совершения подвига, поэтому он не приводится здесь.

Наградной лист на Мостового С.А., представленного к званию «Герой Советского Союза».

Мостовой Сергей Андреевич, 1908 года рождения, украинец, беспартийный. В РККА с 1941 года. В Великой Отечественной с первого дня – с 22 июня 1941 года, воевал на Центральном фронте до 19.03.1942 года, когда был тяжело ранен. Выздоровел лишь в 1944 году. С 18.09. 1944 года – на 1-м Белорусском фронте.

Свой подвиг совершил 14 января и 24 января 1945 года. В наградном листе в графе «имеет ли награды» отмечено, что не имеет. Отчасти поэтому наряду с представлением к званию ГСС оформляется еще один наградной лист на рядового Мостового с представлением его к награде – медали «За боевые заслуги». Там кратко описан его подвиг: «В боях при прорыве обороны противника на плацдарме левого берега реки Висла из станкового пулемета уничтожил 11 немцев». Здесь проявилась одна характерная для того времени деталь. Представляемый к высокой награде боец должен, как правило, уже иметь награды за предшествующий период.

В кратком конкретном изложении личного подвига Мостового С.А. при представлении к званию «Героя Советского Союза» командиром 220 полка гвардии полковником Шейниным записано следующее: «В боях при прорыве обороны противника на плацдарме левого берега реки Висла 14.01.1945 года несмотря на сильный минометный и пулеметный огонь противника первым со своим пулеметным расчетом подполз вплотную к траншее противника и со своего станкового пулемета уничтожил 17 немцев, кроме того подавил огонь трех огневых точек противника. 25.01.1945 года одним из первых форсировал реку Варта и огнем из пулемета прикрывал переправу. Перейдя в наступление на подступах к населенному пункту тов. Мостовой огнем своего пулемета уничтожил одну автомашину с боеприпасами и две огневые точки противника, чем обеспечил быстрое продвижение взвода к населенному пункту и занять его.

Участвуя в отражении многочисленных контратак противника в боях за населенный пункт, с пулемета уничтожил 2 пулемета с прислугой противника, кроме того уничтожил 13 немецких солдат и офицеров.

Представляется к присвоению звания «Герой Советского Союза» 29 января 1945 года».

Суховатые, даже лаконичные строчки боевого документа не отражают всех обстоятельств происходивших событий. А вот личные впечатления, например, как это изложено в книге В.И. Чуйкова, отражают событийность в последовательности чувственного восприятия, на уровне первого личного впечатления.

На деле получается, что рядовой Могильный на реке Одер в начале февраля 1945 года совершил еще один подвиг. Эти подвиги связаны у него именно с переправами на больших реках. Еще перед переправой советских войск на реке Днепр бойцам было объявлено, что первые переправившиеся бойцы, отличившиеся на плацдарме, будут награждены Золотой Медалью ГСС. Но и без этих условий бойцы Красной Армии доблестно выполняли свой воинский долг перед Родиной. Они отстояли мир на земле. Вечная им память!

Гутков Александр, Магнитогорск

Младшенький из семьи Андрушенко

В книгах военных воспоминаний ветеранов ВОВ всегда можно найти рассказы об однополчанах, об ярких эпизодах боевой жизни, о горечи утрат и о радости трудных побед.

Вот и в мемуарах генерал-лейтенанта Г.Д. Пласкова (Под грохот канонады, М., 1969) есть место и подвигу простых бойцов. Его скупое повествование о семье Андрушенко позволило читателю ознакомиться со славной традицией советских воинов, когда вся семья принимала активное участие в освободительной борьбе против фашистских захватчиков.

Первый раз артиллерист Пласков с семьей Андрушенко, уроженцев села Чериково (ныне деревня Чериково Жуковского района Калужской области), встретился в то время, когда ожесточенные бои лета 1941 года шли в районе города Малоярославца.

Тогда артиллерийская часть остановилась в селе Чериково. Андрушенко жили в северной части села. Отец семейства в конце июля ушел на призывной пункт и домой уже не вернулся. После того, как село разбомбила гитлеровская авиация семья Андрушенко переместились жить в погреб. Здесь же расположился штаб и узел связи артиллеристов. Но отцы-командиры приходили сюда только ночевать, а в дневное время находились на передовой в частях. Они разговаривали с Пелагеей Федоровной, ее дочкой Марусей и с шестнадцатилетним сыном Колей. Последний просился к ним в армию. Рассказывает, как с отцом ходил в военкомат и его по несовершеннолетию не взяли: «Молод еще!».

А сейчас Колька помогал армии всем, чем мог: приносил еду, таскал воду для пулеметов. Когда части отступали, Коля размазывал по щекам слезы: его отказались взять с собой. Но он упрямо твердил свое: «Все равно уйду! Все равно уйду!».

В июне 1942 года артиллерия дивизии, входившей в состава 10-й армии Западного фронта, выполняла приказ по выводу из тыла противника конно-механизированной группы войск генерала П.А. Белова, которая уже 4 месяца совершала рейд по тылам врага. А теперь вот возвращалась назад. Вместе с ней выходили и отдельные отряды партизан. Г.Д. Пласков разговорился с командиром такового вот партизанского отряда из соединения майора Галюка. Партизанский командир Иван Данилович Прохоренко рассказывал о деятельности отряда, восхищался своими людьми. «Хотите, я покажу вам самого молодого нашего героя? Всего шестнадцать лет парнишке, а разведчик хоть куда. Заберется к гитлеровцам, высмотрит все: что за части стоят, сколько танков и пушек, в каких домах фашистское начальство остановилось. В лесу, как рыба в воде, лучшего проводника не сыскать. Ходил и на диверсии. С его участием уже четыре поезда пущено под откос». Прохоренко открыл дверь и крикнул кому-то: «Позвать Орленка и мамашу тоже!». Через несколько минут в комнату вошла пожилая женщина в валенках и в рваном полушубке. Рядом с ней юноша в немецкой серой меховой шубе и в унтах. Он вытянулся и, отдавая честь, четко отрапортовал: «Товарищ командир! По вашему приказанию прибыл»! Командир – Раздевайся, садись и доложи генералам, как воюешь.

В это время генерал-артиллерист Пласков глянул на вошедших и… остолбенел! Перед ним стояли Пелагея Федоровна и Колька Андрушенко, которые на реке Друти предложили им свой погреб под командный пункт. Да, каких только встреч не бывает на войне! Придя в себя, генерал подошел к ним и обнял: «Присаживайтесь, рассказывайте, как жили все это время». Ведь, когда наши войска отступали то семье Андрушенко предлагали машину для отъезда. Пелагея Федоровна наотрез отказалась: «Здесь родилась, здесь и умру». Если с предложением артиллеристов они не согласились, то при фашистах они просто вынуждены были уйти из села.

Рассказ ее был простой, но поражал той суровой правдой войны, которую мог рассказать лишь человек, переживший все это наяву. «Налетели фашисты. Погреба и сараи облазили, все дочиста забрали: одежду, продукты, даже обувку с наших ног поснимали. Секли ребят, девчат в крытые машины таскали, просто погром устроили. Потом стали молодежь в Германию угонять. Маруська моя дважды убегала с вербовочного пункта. И все же поймали ее и в проклятую неметчину отправили. А мы с Колькой подались к Деду – к нашему партизанскому командиру. Колька воюет, а я картошку чищу, варю, штопаю, стираю, ведь семья моя теперь большая». Коля добавляет: «Что говорить, делаем все, что велят, вот и все».

К этому времени грудь парня уже украшали орден Красной Звезды и медаль «За отвагу». Крепко Пласков пожал парню руку, подарил трофейный вальтер.

При прощании Коля Андрушенко отпросился у партизанского командира на «настоящий» фронт. Его мама плачет, просит генерала присмотреть за парнем: «А то пропадет ведь, горячая головушка». Однако парень оказался твердым на характер, отказался воевать в артиллерии и запросился в танкисты. Уперся и никаких доводов не принимает и не слушает: «Хочу только в танкисты. Чтоб танком на танк!». Расстался с Колей генерал-артиллерист холодно, никак не мог ему простить пренебрежения к артиллерии…

Вперед, на врага!

Было начало мая 1945 года. Советские войска освобождали Берлин, логово фашистского зверя. Генерал Пласков добирался до госпиталя, чтобы вручить ордена раненым бойцам и командирам. Сопровождавший его полковник Швецов, начальник штаба 9-го танкового корпуса, спросил у врача в госпитале: «А где лейтенант Андрушенко?». Пласкова как будто током ударило! Вспомнил сожженную деревню над Друтью, потом встречу под Москвой, партизанского Орленка. Полковнику ответили: «Лейтенант Андрушенко в отдельной палате». В палате генерал сразу узнал Колю Андрушенко. Лежит без кровинки в лице. Тяжело ранен в грудь осколком фаустпатрона. Коля чуть заметно зашевелил губами и генерал склонился над ним, чтобы лучше слышать героя. Едва слышно молоденький лейтенант проговорил: «Товарищ генерал, а я на таран ходил. Там, в тумбочке… Маме передайте… За папу и Маруську отомстил…

Это были его последние слова, будто бы ждал генерала, чтобы подвести итог своей короткой, но такой героической жизни…

В тумбочке рядом с комсомольским билетом лежали награды: два ордена Отечественной войны, два ордена Красной Звезды, орден Славы, медаль «За отвагу». Я положил сюда еще один орден – Красного Знамени, которым он был награжден уже за бои в Берлине. «Так мало жил этот юноша, но так много сделал для победы».

«В третий раз прощался я с моим юным другом, теперь уже навсегда, мысленно увидел перед собой миллионы таких Орлят, отдавших за Родину самое дорогое, что у них было -жизнь».

Документов по награждению Николая Андрушенко нами не найдено. Транскрипция фамилии дана по книге Г.Д. Пласкова. Ее реальное правописание могло иметь несколько вариантов: Андрушенков, Андрющенко, Андрющенков, Андрусенко, Андрусенков. Отчество Николая не известно. Год рождения можно вычислить лишь приблизительно.

Нам удалось найти родственников семьи Андрушенко по поисковому порталу воинов Первой Мировой. Так, из Калужской губернии Медынского уезда Богдановской волости упоминаются два воина, Андрушенков Николай Дмитриевич, младший унтер-офицер, который был ранен в ноябре 1914 года. А также его родственник Андрушенков Николай Петрович, старший унтер-офицер, который пропал без вести в 1914 году. Других вариаций фамилии Андрушенко в это время по Калужской губернии вообще не наблюдается. Становится очевидным то обстоятельство, что имя «Николай» даже по этим отрывочным данным в семье Андрушенковых (Андрушенко) является значимым и причисляется к родовым. Богдановская волость Медынского уезда находится на границе с Малоярославецким уездом, где впоследствии в селе Чериково обитала семья наших героев. Эта семья вернула себе истинную фамилию, освободившись от ее русифицированной формы «Андрушенков».

Навсегда остались молодыми… (фото из интернета, фамилия не известна).

Николай Андрушенко действительно настоящий герой. Но в связи с молодостью направленность его деятельности была, на наш взгляд, излишне горячей и прямолинейной. Даже учитывая скоротечность боевой ситуации, можно было бы найти и другой выход в жарком эпизоде, как танковый таран. Как правило, при танковом таране практически всегда экипаж танка погибал. Зрелые и опытные воины-танкисты сами утверждали, что таран сам по себе малоэффективен. Удобен лишь тогда, когда вражеский танк находится на обочине дороги, оврага, канавы и его достаточно легко было просто опрокинуть. Другой вариант: когда закончились боеприпасы и другого выхода нет. Коля мечтал, чтобы «танком на танк», он и подтянул данную ситуацию. Творец всегда идет тебе навстречу. Другой вопрос, а надо ли тебе это? Не лучше ли сохранить жизнь и продолжать потом еще бить врага. Часто в войну произносились слова клятвы о том, что и погибая, человек будет громить врага. А задача-то была, как говорили настоящие политруки, чтобы остаться в живых и продолжать борьбу с противником.

Но воевал Коля Андрушенко героически. Из простого рядового сравнительно за короткий период выдвинулся в лейтенанты. Шесть боевых орденов и медаль «За отвагу», которая порой у бойцов ценилась куда выше, чем орден. Погиб на излете войны, жизнь короткую прожил, а в памяти народа запечатлен как припев самой любимой и популярной песни.

Гутков Александр, Магнитогорск

Можайский десант. Пример величайшего героизма.

Это произошло под Москвой в 1941 году.

Из воспоминаний о Можайском десанте летчика-очевидца: «Я получил задание и производил одиночный разведывательный полет над территорией противника. Возвращаясь, вдруг заметил военную колонну, двигающуюся к Москве. На бреющем прошелся над нею, насчитав пятьдесят один танк и много машин с живой силой. Немцы перли по шоссе прямиком в город. Как только я вернулся и сообщил об этом, меня вызвали в штаб, где я был арестован как паникер, и по приказу Берии повели меня расстреливать… – ремень долой, руки за спину… И тут на крыльце штаба спас меня Жуков. Он как раз прибыл принимать дела по обороне Москвы. Спрашивает у особиста, за что меня арестовали. Тот коротко докладывает: паникер, якобы немцы уже в черте города. Жуков повернулся ко мне и спрашивает: правда? Стою твердо на своем и все говорю как есть. Он приказывает особисту: немедля освободить, полетишь с ним. Проверить и доложить! Тот было заикнулся, что никогда не летал, но… Жуков был крут… Пришлось майору сесть со мной в спарку и слетать проветриться. Обернулись быстро, на полевом аэродроме нас уже ждала машина. Майор докладывает Жукову, что все подтвердилось, танков не пятьдесят один, а пятьдесят три, и что его обстреляли (я летел очень низко, чтобы особист удостоверился наверняка). Жуков тут же мне вручил орден Боевого Красного Знамени…».

Немецкая танковая колонна прорвалась по Можайскому направлению к Москве. Жуков отреагировал мгновенно. Остановил свою машину перед первым попавшимся полком. Это были сибиряки, которые только что  выгрузились из вагонов и быстрым маршем шли навстречу врагу. Жуков обратился к солдатам с речью: «Солдаты, Москва в опасности! Немцы прорвали оборону. Единственное, что мы можем сделать, – это десантироваться на лету без парашютов с самолетов с высоты 10-20 метров. Парашютов просто нет. Для выполнения этой смертельной задачи нужны добровольцы. Я прошу всех, кто принял решение участвовать в десанте, сделать шаг вперед». Абсолютно весь полк сделал шаг вперед. Солдаты сразу же стали садиться в самолеты, и самолеты вылетали по направлению к прорвавшимся фашистам. Гитлеровские танки и бронетранспортеры, не снижая скорости, двигались по заснеженному полю к Москве. Врагу казалось – победа уже рядом.

Неожиданно над лесом появились самолеты с красными звездами на крыльях. Они летели так низко над землей – было ощущение, что они вот-вот совершат посадку. Но сесть было невозможно – мешали овраги и деревья. Самолеты пролетали мимо. А из самолетов на землю прыгали бесстрашные воины в белых полушубках с оружием в руках.  Такого десанта в истории человечества не было! Немцы были потрясены. Солдаты выпрыгивали и падали на мерзлую землю.  Высота 10-20 метров – пятый этаж, скорость самолета 120 километров в час. Земля мерзлая, твердая, как камень, и, прыгая, при полном вооружении, погибло всего лишь двенадцать процентов добровольцев. Оставшиеся в живых после удара о землю солдаты сразу же с гранатами бросались под танки, сразу же вступали в неравный бой с врагом.

Немцы не сразу поняли, что их атакуют. Атакуют, вопреки всякой логике и законам физики. Атакуют те, кто должен лежать расплющенными в лепешки! Немецких солдат было в десятки раз больше, чем сибиряков. Уничтожив первый десант, испуганные немцы все же продолжали движение к Москве. Но впереди вновь появились низколетящие самолеты, и вновь из самолетов прыгали бесстрашные русские воины. И снова они, обвязавшись гранатами, бросались под танки, своей грудью закрывая Москву. Так продолжалось до тех пор, пока от колонны танков осталось всего лишь два бронетранспортера, которым ничего не оставалось, как развернуться и отступать  прочь от Москвы.

…Вот полк добровольцев шагнул в самолёты.

Но без парашютов, взяв только гранаты,

С заданием: «В бреющем быстром полёте

Обрушиться сверху на гадов!»

Там не было трусов, там не по указу

Рождались герои, держались как братья;

Двенадцать из ста разбивались там сразу,

И все мнились Божьею ратью!

Мистический ужас фашистов заставил

От этой картины нутром содрогнуться,

Вся викингов доблесть, весь пыл самураев,

Всё меркло пред доблестью русской!

Летели гранаты и танки горели,

И роты сибирские насмерть стояли,

На русской равнине, на снежной постели

Бойцы-молодцы умирали.

Как наяву… сибиряки…

Сквозь слёзы я вижу, ребята,

Уходят русские… полки… вперёд, вперёд –

На фронт с ноябрьского парада…

 

Вечная слава всем  воинам, погибшим при этом беспримерном массовом подвиге! Вечная слава тем, кто выжил и продолжал воевать!

(по материалам книг Ю.Сергеева «Княжий остров» и В.Довганя «Код счастья»)

В.Абнизов, Элиста

Аннушка – сестра батальона

Как-то читал материал про 30-й Уральский добровольческий танковый корпус в одной из книг мемуаров и наткнулся на короткую заключительную фразу в конце книги о том, что одна из санинструкторов Пермской танковой бригады (было три бригады в корпусе – Свердловская, Пермская и Челябинская) впоследствии стала писателем-прозаиком. И темой ее книг были герои-добровольцы из 30-го танкового корпуса. Решил ознакомиться с одним из рассказов писательницы-ветерана, за который она получила литературную премию.

Честно сказать, не считаю себя слишком сентиментальным, однако при чтении рассказа комок к горлу подступал, временами наворачивались слезы на глаза. Отворачивался в окно и старался сдержать то внутреннее волнение, которое охватывало меня при чтении рассказа. Признаюсь, так написать мог лишь очевидец событий, так пронзительно-остро и с такой силой великого чувства любви к Родине и к своим братьям-однополчанам, что поневоле проникаешься тем Духом солдатского братства и взаимоподдержки, которое сплачивало их, как броню, в суровых условиях войны.

Героиней рассказа «Встреча» была санинструктор Аннушка из Свердловской бригады. По воспоминанием однополчан личность почти легендарная и известность к ней пришла, потому что человеком и бойцом она была необыкновенным. Ей мало было исполнить свою должность санинструктора в бою, она при необходимости и бойцов в атаку могла поднять и под сильным огнем снаряды к пушкам подносить или танк подбить противотанковой гранатой. Да мало ли каких непредвиденных ситуаций могло возникнуть во время боя. Даже сама должность санинструктора в танковом батальоне была связана с большей опасностью, чем у пехотного санинструктора. Дело в том, что при извлечении погибающего экипажа танка в любой момент внутри него могли взорваться боеприпасы и тогда танк внезапно мог стать общей братской могилой.

Решил найти боевые документы по Анне Алексеевне Квансковой, героине нашей статьи. В новой версии портала «Подвиг народа» мне выдали два документа, где указываются лишь пара официальных строк о самом факте награждения. А где же описания самого подвига? Их на этом портале нет… Однако на старом портале можно было найти наградные документы с описанием конкретных подвигов бойцов. Нашел! Вот они!

В наградном листе от 2 августа 1943 года красноармеец-доброволец Анна Алексеевна Кванскова, исполняющая обязанность санинструктора истребительно-противотанковой батареи 197 Свердловской танковой бригады 30 Добровольческого Уральскового танкового корпуса, представлена к награде – медали «За ОТВАГУ».

Данные по бойцу: 1910 г.р., русская, служащая, член ВКП(б) с 1931 года. В рядах РККА с марта 1943 года. В Гражданской войне не участвовала. В Отечественной войне приняла участие на Западном фронте с 26 июля 1943 года. Наград не имеет. В графе «Домашний адрес» имеется дополнительная запись – родных нет (муж и отец погибли в первые месяцы войны на фронте – авт.). В кратком изложении личного боевого подвига указано следующее: «Товарищ Кванскова с 27 июля 1943 года находится беспрерывно со своей частью на первой линии фронта, оказывая медицинскую помощь раненым бойцам и командирам. В бою в районе села Борилово Орловской области вынесла с поля боя 15 раненых бойцов и командиров с их личным оружием. Будучи, сама ранена 30 июля 1943 года, отказалась уйти с поля боя, продолжая свою работу, проявив при этом мужество и отвагу. Достойна правительственной награды медали «За ОТВАГУ»». Документ подписал командир противотанкового батальона старший лейтенант Притуленко. 02.08.1943 года.
В итоге Анна по приказу командира 197-й танковой бригады от 05.08.1943 года получила орден «Красной Звезды».

Наградной лист на Анну Алексеевну Кванскову, санинструктора ИПАБ 197-й Свердловской танковой бригады 30 танкового корпуса, представленной к медали «За ОТВАГУ» (Награждена орденом Красной Звезды).

Второй наградной лист на Анну Алексеевну Кванскову, гвардии старшину, санинструктора 3-го танкового батальона 61-й гвардейской Свердловской Львовской Краснознаменной бригады, представляемой к ордену «Слава» III степени. Указаны предыдущие награды: орден «Красная Звезда» и значок «Отличный санитар». Отмечается, что она доброволец и призвана Октябрьским РВК города Свердловска. В пояснении подвига читаем: «Тов. Кванскова добровольно вступила в нашу 61-ю гвардейскую танковую бригаду и работает с начала ее организации в должности санинструктора. За смелость и мужество, проявленные в боях под Брянском в 1943 году тов. Кванскова награждена орденом «Красная Звезда».

Доброволец, мать двоих детей, Анна Кванскова 18.08.1943 года в боях в селе Стшельце проявила мужество и бесстрашие. Танки в полукольце противника, кипит горячий бой, а тов. Кванскова под градом пуль и осколков бегает от одного танка к другому и спрашивает, нет ли раненых. Когда был тяжело ранен начальник связи батальона гвардии лейтенант Беспалов, Кванскова перевязала его на месте, на своих плечах вынесла в укрытие.

В итоге боя в селе Стшельце за один день жарких боев тов. Кванскова вынесла с поля боя с оружием 30 бойцов и офицеров. Тов. Кванскова организовала эвакуацию раненых в бригадный медсанвзвод. Раненых сама выносила более 3-х километров. За мужество, смелость и отвагу, проявленные в бою, санинструктор Кванскова достойна правительственной награды ордена «Славы» III степени. Командир 3-го танкового батальона гвардии майор Анкудинов».

Наградной лист на гвардии старшину, санинструктора 3-го танкового батальона 61-й гвардейской Свердловской танковой бригады, представленной к ордену «Славы» III степени (июль 1944 года).

Впоследствии Анна Кванскова все-таки была награждена медалью «За Отвагу». Об этом упоминает в своем рассказе «Встреча» писатель-фронтовичка, описывая последний бой Анны Алексеевны. Яков Лазаревич Резник, бывший в 1943 голу ответственным секретарем корпусной газеты «Доброволец», в послевоенные годы как журналист написал несколько документально-художественных книг об уральских воинах-добровольцах. В рассказе «Сестрички» он описывал подвиги санинструктров уральского добровольческого корпуса, где упоминается и Анна Кванскова. Он пишет о том, что в последний период войны Анна получила за свой самоотверженный труд на поле брани еще один орден – орден «Славы» II степени.

Я.Л. Резник также упоминает обстоятельства последнего боя Квансковой, но у Малыгиной по этому поводу было больше сведений, почерпнутых после войны в результате общения с ветеранами-уральцами.

Последний бой славной боевой сестрички произошел в районе Цейсдорфа близ города Зорау, в Германии. Шел тяжелый и неравный танковый бой, шел уже долго. Раненых Анна выносила в лощину за полем боя. К этому времени она сама уже имела шесть (!) осколочных и пулевых ранений. Вскоре ей пришлось защищать тяжелораненых бойцов в лощине. Она воспользовалась автоматами, которые оставались у раненых. Но вот и патроны закончились. Бойцы с соседних участков обороны пробовали пробиться к раненым, но фашисты их отсекали плотным автоматным и пулеметным огнем.

В это время трое гитлеровцев подползли к лощине, застрелили несколько раненых. Стали стаскивать с них сапоги, шарить по карманам. Анна в это время успела выстрелить в одного из этих гитлеровцев из пистолета. В того, кто стаскивал сапоги с нашего убитого бойца. Анна отбросила в сторону пистолет, видимо, закончились патроны, и выхватив из чехла нож и бросилась на другого фашиста. В это время недалеко разорвался снаряд, и они упали оба, гитлеровец и Анна. Осколок попал ей в висок. Поднявшийся с земли озверевший фашист, выхватил из ее рук черный нож и нанес Анне около 10 ножевых ударов. Вот так и погибла отважная сестричка.

Так считали ее однополчане, пока не прошло 25 лет с той поры. На очередной встрече ветеранов, волнующей и пронизанной радостью встреч и воспоминаниями, один из их фронтовых собратьев устроил им сюрприз. На встречу к ним пришла… Анна Кванскова, Аннушка, как они ее все называли в боевую пору. Это было действительно чудо! После таких ранений и мужчины погибали, не только что женщины. А она выстояла в этой борьбе за жизнь, как и в бою самоотверженно билась с врагами. И вернулась к своим детишкам – в свой родной детсад-ясли в Свердловске, где она ранее была заведующей. Война не сломила в ней чистое чувство материнства.

Послесловие: Писатель-фронтовичка – это санинструктор Пермской бригады, инвалид 2-й степени, Надежда Петровна Малыгина. Ее произведения «Встреча», «Сестричка батальона», «Двое и война», «Четыре дня и вся жизнь» и другие книги и сборники рассказов все еще ждут своих читателей. Они притягивают нас памятью о наших близких по Духу и по крови соотечественников, о наших дедах и прадедах.

О подробностях судьбы Анны Квансковой читайте в рассказе Н.П. Малыгиной «Встреча» …

Александр Гутков, Магнитогорск

(Был удивлен, когда узнал, что родом А.А. Кванскова из города Касли Челябинской области. Рядом с Каслями находится село Булзи, Родина моих предков по материнской линии… Все случайное – не случайно, а закономерно. Знали бы все люди об этом, тогда бы и мир был лучше).

Легендарный снайпер Сталинграда

 «За Волгой земли для нас нет» — Василий Зайцев.

О Василии Зайцеве знают и слышали наверное многие. Это один из героев Великой Отечественной Войны, про которого снято аж 2 фильма, а сюжет его снайперской дуэли — поединка с немецким снайпером — асом майором Кенигом вошел в основу еще нескольких фильмов о войне. Но просмотрев эти фильмы – «Ангелы смерти» 1993 г., и «Враг у ворот» 2001г., снятых почему то американцами, складывается впечатление, что фильмы сняты не о Василии Зайцеве- герое ВОВ, а о каком то глупом, недалеком, а подчас даже и трусливом персонаже, единственным достоинством которого является меткая стрельба. Кроме того фильмы наполнены сценами с употреблением спиртного и «постельными» сценами!.. Помимо этого фильмы крайне политизированы, и на всем протяжении тем и занимаются , что поливают грязью Сталина, НКВД и вообще всю Советскую армию. А в фильме «Враг у ворот», прибывший в Сталинград Хрущев, называет И.В. Сталина не иначе как «ХОЗЯИН». Смешно, не правда ли?… По себе видимо «шапку мерят» те, кто снимал весь это бред…
Для того, чтобы сложилась наиболее четкая и правдивая картина о герое, необходимо опираться только на реальные видео-архивы самого Василия Зайцева и того человека, который знал его как самого себя, его супруги – Зинаиды Сергеевны Зайцевой. А также будем опираться и на воспоминания о войне, изложенные в книге, написанной самим Зайцевым-«За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера». Ну, а связующими звеньями будут общеизвестные факты из жизни легендарного снайпера. Это необходимо сделать потому, что правда должна восторжествовать. Историю пытаются переписывать у нас на глазах. Еще 2-3 таких фильма, и сама суть, сам смысл той роли, которую сыграл в истории Сталинградской битвы и всей Великой Отечественной войны Василий Зайцев- исказится.

Родился Василий Григорьевич Зайцев двадцать третьего марта 1915 года в деревне Еленинка Оренбургской губернии (нынешняя Челябинская область), в семье потомственных охотников. Вторым домом для него стала горная тайга. Под руководством строгого, но справедливого деда Андрея, он учился ходить по звериным тропам, стрелять навскидку, ночевать в трескучий мороз у костра под открытым небом. Дед Андрей Алексеевич еще в детстве смастерил для него лук, и научил с лука стрелять белку в глаз. Убедившись, что внук стреляет уже достаточно хорошо, дед Андрей купил ему берданку. На тот момент Василию было 12 лет, и она на см. 50 была выше его. Василий вспоминал: «В моей памяти детство обозначено словами деда Андрея-«Стрелять надо метко, каждому зверю в глаз. Теперь ты уже не ребенок… Расходуй патроны экономно, учись стрелять без промаха. Это умение может пригодиться не только на охоте за четырехногими» — Он будто знал или предугадывал, что мне доведется выполнять этот наказ в огне одного из самых жестоких сражений за честь нашей Родины – в Сталинграде… Я принял от деда грамоту таежной мудрости, любовь к природе и житейский опыт».

Среднее образование Василия уместилось в семь классов, после чего парень поступил в строительный техникум в Магнитогорске, который окончил в 1930 г. В 1937 году, поступил на службу в Тихоокеанский флот в качестве писаря артиллерийского отделения.
Великая Отечественная война застала его на посту начальника финансовой части в бухте Преображение. Летом 1942 года после нескольких рапортов с просьбой отправить на фронт, Василий Зайцев попал в 284-ю стрелковую дивизию.

Воспоминания Зинаиды Зайцевой: «Когда началась война, когда немцы уже подходили к Сталинграду, Зайцев и еще одна компания организовались и обратились к командованию, чтоб их отправили на фронт. Но когда об этом почине услышали и другие матросы, то у последних тоже объявилось подобное желание. Они целый эшелон сформировали, полностью вооружены, одеты, обуты. Полностью сформированный эшелон наших добровольцев флота направили на защиту Сталинграда».

Из книги Василия Зайцева: «За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера».
«Там вдали полыхал Сталинград. Мы всматривались в большие черные дымы, которые поднимались высоко в небо. Тяжело гремела артиллерия. В разрывах облаков то и дело мелькали черные самолеты. Слышались тяжелые взрывы бомб. Вечером мы развязали вещевые мешки и через час мы превратились в красноармейцев. Лишь тельняшки остались под гимнастеркой. Переправа обошлась без потерь. Все как один тихоокеанцы перемахнули через Волгу в огнедышащий Сталинград. Это было в ночь на 22 сентября 1942 года. С разрывом последнего снаряда старший лейтенант выскочил на пригорок- «За Родину!» -и вскинув над головой пистолет он бросился к бензобакам, где засели немецкие автоматчики. Заметив скопление нашей пехоты у бензобазы, фашисты открыли массированный минометно- артиллерийский огонь. Потом полетели бомбы пикировщиков. Над базой взметнулось пламя. Начали рваться бензобаки, загорелась земля. Еще минута — и мы превратимся в угли, в головешки. «Вперед!!! Вперед!!!»- охваченные огнем солдаты и матросы на ходу срывали с себя горящую одежду, но не бросали оружия… Атака голых горящих людей… Что подумали о нас в тот момент фашисты?- не знаю. Быть может, они приняли нас за чертей? Или святых с того света, коих огонь не берет? Поэтому бежали без оглядки… От раскаленного воздуха у матросов потрескались губы, пересохло во рту, слиплись опаленные волосы. Но мы радовались. В этот день мы отбили бензобаки, захватили контору метизного завода, установили локтевую связь с пулеметной ротой 13й гвардейской дивизии. И теперь перед нами – Мамаев Курган… Высота 102…».

Здесь, на правом берегу Волги, за один месяц произойдет столько событий, что их описание займет сотни страниц книги Зайцева. Фашисты сражались умело и отчаянно. Перед немецкой армией стояла задача любой ценой захватить город, носящий имя Сталина, и выйти на левый берег Волги. Это принесло бы сразу 2 победы: стратегическую, и что не менее важно — идеологическую. Самые ожесточенные и кровопролитные бои, не прекращающиеся ни на минуту, пришлись на середину октября 1942 года. Это были последние тщетные попытки немецкой военной машины опрокинуть защитников Сталинграда в Волгу. В один из таких боев, на склоне Мамаева кургана, Василий оказался заваленным в блиндаже. Когда чудом оттуда выбрался, и понял что находится в тылу наступающих немцев, то немедленно вступил в бой и помог своим товарищам сорвать атаку неприятеля. В Сталинграде Василий Зайцев несколько раз был ранен, но благодаря неимоверной воле и мужеству, каждый раз снова возвращался в строй и продолжал щедро раздавать свинцовые подарки не званным немецким гостям.

Воспоминания Зинаиды Зайцевой: « Еще не будучи снайпером, он брал винтовку, и в свободное время, будучи солдатом определенной роты, и в свободное время там, на Мамаевом кургане протекает маленькая речушка, и он ходил на эту речку и бил немцев, и закорючкой ставил себе на приклад. Об этом узнал командарм Чуйков. Чуйкову доложило командование, что значит вот так и так, что у нас солдат, который ходит туда, на эту речку, и что он уже очень много убил немцев. Как снайпер стреляет. И вот Чуйков его вызвал к себе, и дал ему определенное задание. Когда он это задание выполнил, Чуйков ему вручил снайперскую винтовку».

Метизный завод, в цехах которого начинал сражаться снайпер 62-й армии Василий Зайцев, находится там же, где и был во время войны, у подножия Мамаева Кургана, по сей день хранящего следы страшных боев.

Мамаев Курган — всемирно известный мемориальный комплекс. Здесь, на стенах- руинах выбиты знаменитые слова Зайцева: «За Волгой для нас земли нет» — сказанные им командарму Чуйкову, когда тот вручал снайперскую винтовку с оптическим прицелом и медаль «За Отвагу».

Воспоминания Зинаиды Зайцевой: « Он столько раз был ранен… В Сталинграде они с немцами были через стенку. Немцы стояли, а на другую сторону наши. И вот он шел проверить пост, а немец спрятался за колонну, и когда он проходил,- немец ему под сердце загнал штык, но в это время сердце сжалось, и штык попал под сердце. А если бы сердце разжалось — он бы его на месте убил…
Два раза в братскую могилу бросали, два раза медсестра его вынимала с братской могилы. После боя собирали убитых. Вырыли братскую могилу, и всех мертвых в братскую могилу… И Зайцев там лежал. И Зайцева в братскую могилу. Но когда его бросили в братскую могилу — рукой он зашевелил. И медсестра, она у нас тут бывала, сейчас я ее не вижу, в последнее время она не приезжает, не знаю жива или нет, — и сестра обратила внимание, что Зайцев рукой махнул, и она остановила, закапывать не дала. Вынули оттуда Зайцева, вызвали врача, и забрали его в госпиталь, и откачали…»

Из книги Василия Зайцева: «За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера».
«Мне не однажды приходилось бить противника «на выкуп». Вот увидишь: из блиндажа выходит такой напыженный фашистский офицер, разгоняет солдат в разные стороны, они точно выполняют его волю, но он не знает , что жить ему осталось считанные секунды… порой, когда держишь врага на мушке, создается такое ощущение, словно змею захватил под самую голову. Она извивается, моя рука сжимается, и раздается выстрел…»
29 октября 1942 года вышел приказ командующего Сталинградским фронтом. В нем были следующие пункты:

1.Во всех частях создать команды снайперов и организовать их подготовку в ходе боев.
2.В каждом взводе иметь не менее 2-3 снайперов.
3.Действия снайперов широко пропагандировать, всяческие успехи в бою всемерно поощрять.

Снайперы Сталинградского фронта внесли весомую лепту в исход сражения, уничтожив по приблизительным подсчетам свыше 10 000 немецких солдат и офицеров. Своими меткими выстрелами, они сбили с врага спесь, заставив его в страхе ползать про земле. «Великая Германия» была в ужасе от стойкости Сталинграда. Гитлер не допускал мысли о поражении, и требовал возмездия за критическое положение своей любимой 6-й армии. Чтобы покончить с советскими стрелками, Германия отправляла в Сталинград лучшие снайперские кадры вермахта.
Зачастую исход затяжных уличных боев зависел именно от слаженной работы снайперов. Ликвидируя огнем младший и средний офицерский состав, они оставляли фашистских солдат без руководства, что на какое о время сковывало их активность. Пользуясь замешательством противника, защитники Сталинграда переходили в наступление, и отнимали у немцев дом за домом, улицу за улицей, постепенно освобождая город. Только за 1,5 месяца, личный счет Зайцева перевалил за 200 убитых фашистов, а его ученики, которых любя называли «зайчата», в совокупности истребили около 3000 немцев.

Зайцев В.Г.. и его ученики

Воспоминания Василия Зайцева из видеоархива: « Здесь все изменилось, но родничок по прежнему о себе говорит, и я его узнаю. Вот именно здесь на высоте и состоялась дуэль с фашистским снайпером. Памятная дуэль. Фашист пришел прикрыть этот живой родничок для того, чтобы питаться, воды набрать. Хотя до Волги — рукой подать, а фашисты умирали без воды. Вот и разгорелась эта дуэль. Она длилась вообще 3 дня, но закончилась победой за каких-то 5 секунд. Фашист вышел на дуэль уже подготовленным. До этого он снял моих двух снайперов, и с помощью солдат, которые находились здесь, мне удалось его сразить. Я не знал, что это за птица прилетела в Сталинград, но когда мы вытащили его, то оказалось что это начальник школы снайперов из Берлина прилетел, чтоб изучить коллективные действия снайперов в Сталинграде».

Из книги Василия Зайцева: «За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера» :
«На рассвете я ушел с Николаем Куликовым на те самые позиции, где вчера были ранены наши товарищи. Я уже научился быстро разгадывать почерк фашистских снайперов по характеру огня и маскировки. Без особого труда отличал более опытных стрелков от новичков, трусов от упорных и решительных. Но характер руководителя их школы оставался для меня загадкой. Ежедневные наши наблюдения ничего определенного не давали. Трудно было даже сказать на каком участке фашисты. За многие дни я уже так изучил передний край противника, что сразу замечал каждую новую воронку, каждый новый появившийся бруствер. На ровном месте, перед самой линией обороны, фашистов лежит железный лист с небольшим бугорком битого кирпича. Давно лежит. Примелькался. Ставлю себя в положение противника: где лучше занять снайперский пост? Не отрыть ли ячейку под тем листом? Ночью сделать к нему скрытые ходы. Да, наверно он там, под железным листом на нейтральной полосе. Решил проверить — на саперную лопатку надел варежку, поднял ее. Фашист клюнул. «Ааа!!!». Отлично. Осторожно опускаем варежку в траншею в таком же положении, в каком поднимали. Смотрю на пробоину- никакого скоса. Прямое попадание. «Там гадюка» — доносится тихий голос Николая Куликова. Теперь надо его выманить. Бесполезно добиваться этого сейчас, но с этой удачной позиции он вряд ли уйдет. Засели до рассвета. Решили первую половину дня переждать. Блеск оптики мог нас выдать. Куликов осторожно, как это может сделать только самый опытный снайпер, стал поднимать каску. Фашист выстрелил. Куликов на мгновенье приподнялся, громко вскрикнул и упал. «Наконец то «главный заяц», за которым охотился 4 дня- убит»- подумал наверное немец, и высунул из под листа пол головы. Я ударил. Голова фашиста осела. Куликов заливался громким смехом. «Беги»- крикнул я ему. На нашу засаду фашисты обрушили артиллерийский огонь.

Постоянная забота солдата — выжить и победить врага. Я тоже хотел жить долго. Если не физически, то морально. Я верил, что каждый подготовленный мною снайпер сумеет отомстить за меня, оградить других от преждевременной смерти, и тем самым морально продлить мою жизнь, и приблизить общее дело к победной развязке».

Но Василию Зайцеву не довелось вместе с боевыми друзьями отпраздновать день победоносного завершения Сталинградской битвы. В январе 1943, выполняя приказ командира дивизии о срыве вражеской атаки, снайпер Зайцев был тяжело ранен осколками разорвавшейся мины, и в результате ослеп. Когда через месяц пленных немцев длинной колонной вели через город, он плакал, что не мог этого видеть. Тугие повязки на глазах скрывали от героя радостные лица друзей…

Раненый В.Г. Зайцев на Сталинградском фронте.

Казалось, что такие серьезнейшие ранения никогда не позволят знаменитому снайперу взять в руки винтовку, и вернуться в строй, но последнее слово оставалось за врачами… и они сотворили чудо. После нескольких сложных операций, сделанных в Москве профессором Филатовым, 10 февраля Зайцеву вернулось зрение.

Всю войну, Василий Зайцев прошел с родной 62й армией, в рядах и которого начинался его боевой путь. После Сталинграда громил врага на Донбассе, участвовал в битве за Днепр, сражался под Одессой и на Днестре. Главная заслуга Зайцева не в его личном боевом опыте, а в том, что он разработал новаторский метод ведения боя снайперами в условиях городских улиц. Именно Василий Зайцев стал инициатором развертывания среди руин Сталинграда целого снайперского движения и предложил создать специальные группы снайперов, состоящих из нескольких отделений. До сих пор применяется изобретенный Зайцевым прием снайперской охоты, шестерками, когда определенная зона боя перекрывается огнем 3х пар снайперов, стрелков и наблюдателей. В военные годы Василий Григорьевич возглавлял школу снайперов и написал для нее 2 учебных пособия. Его богатый Сталинградский опыт не раз выручал наших бойцов на всех фронтах ВОВ.
Воспоминания Зинаиды Зайцевой: « Уже после госпиталя он был в гостинице. Еще не был героем. И еще какой-то боец лежал с ним. И по радио объявляют героев, список перечисляют. И в том числе называют – « Зайцев Василий Григорьевич», а его сосед по палате спрашивает-« Вася! Это не тебя случайно?» — это он мне рассказывал- « А я ему махнул рукой. Я далек был о той мысли, что мне присвоили звание героя. Махнул рукой – «Только меня там не хватает». А через некоторое время к нему пришел представитель и говорит ,что вас вызывают в ЦК».

В мае 45-го, когда знамя Победы взвилось над рейхстагом, капитан Зайцев находился на излечении в одном из госпиталей Киева. Этот город стал для него второй Родиной. Здесь он встретил свою первую и единственную любовь. Зинаида была его поддержкой и опорой на протяжении всей его жизни. Только вот война лишила их возможности иметь детей.

Воспоминания Зинаиды Зайцевой: «Он был в госпитале, а потом он был комендантом Киева, а потом по состоянию здоровья демобилизовался. Попутно учился в вечернем институте легкой промышленности на факультете технолога. Решением обкома партии его назначили директором завода. Он правда не соглашался, но его никто не спрашивал, и он принял эту фабрику. Фабрика была запущена. 8 лет он был директором швейной фабрики. Фабрику было не узнать. Он позабирал все знамена не только на Украине, но и в России. Потом у Зайцева был инфаркт, и он был вынужден оттуда уйти…».

«В воинских частях он часто выступал. Есть фотографии, где ему уже было за 70 лет, к нему приходит командир части и говорит: « Василий Григорьевич, у нас сегодня соревнования снайперов. Вы сможете к нам приехать? Мы за вами что-нибудь пришлем». Забрали его. Он поехал в ту воинскую часть. Солдаты все отстрелялись, а потом командир части подходит к нему и говорит — «Василий Григорьевич! Ну что? Тряхнем стариной?». Он взял винтовку, и все три пули всадил в центр. Ему подарили кубок, огромный букет цветов, привели его домой и просто не могли нахвалиться, что в такие годы он так хорошо стрелял. Зрение было плохое, но несмотря на это он хорошо стрелял».

«Зайцев относился к категории людей, которые не любил о себе говорить. Люди о нем говорили, а он нет. Он очень скромным человеком был. Зачем после войны он не носил звезду? Когда уже поженились, я его спрашиваю- «Слушай, а почему ты не носишь звезду?»- « а ты знаешь, неудобно… чтоб все вот…герой…», «А ну-ка, говорю ему, — возьми звезду! Быстренько на место ее…». И вот после этого он стал уже носить, и уже не снимал ее, и на всех пиджаках носил ее. Я ему говорю: «Ты гордиться этим должен, а не прятать».

Каждый раз бывая в Волгограде, Василий Григорьевич обязательно приходил на Мамаев Курган. Часто вспоминал, как фашисты раз 15 пытались его похоронить, а он до сих пор жив. Немцам было выгодно пускать слухи о том, что наконец-то застрелен сам Зайцев. Так они видимо старались поднять дух своих бойцов, которые к тому времени уже панически боялись советских снайперов. С городом на Волге судьба связала Василия Григорьевича навечно. Он любил его всей душой, как любят самого близкого и дорогого человека. С гордостью носил звание почетного гражданина Волгограда.

А вот в самом Волгограде именем Зайцева не названа ни одна улица, ни один пароход или школа. В городе нет даже памятника герою Советского Союза. Сколько их, выдающихся защитников земли русской, тихо и бесследно кануло в лету. Горько будет, если этот список пополнит имя легендарного солдата Сталинграда — Василия Зайцева.

Воспоминания Василия Зайцева из видеоархива: « В Сталинграде я первый со всей нашей дивизии получал медаль «За Отвагу». И вот когда мне вручали эту медаль, то меня спросил бригадный комиссар Видюков: «Что передать в Москву?», — вот тогда, я помню, и передал ему наше решение на комсомольском собрании: «Передайте в Москву: « За Волгой для нас земли нет. Наша земля здесь, в Сталинграде. И мы ее отстоим». Вот эти слова были как клятва защитников города Сталинграда».

Василий Зайцев.

Воспоминания Зинаиды Зайцевой: «Он очень храбрым и смелым человеком был. Его уважал народ. Его знали. Киев его знал. Его Сталинград знал хорошо. Причем Сталинград настолько хорошо знал, что дети подходили к нему, когда мы там бывали. Подойдут: «Дядя Вася! Вас с Праздником!» и цветочек…».

«Это было за 2 года до смерти. Мы были в Волгограде, и шли с Мамаева Кургана. Он остановился там посреди дороги и говорит мне- «Зина, у меня к тебе просьба…». Я ему говорю — «Что такое?»- «Когда я умру, похорони меня на Мамаевом Кургане». Можете себе представить, какая я пришла домой?! Я не могла собраться, не могла говорить. Тем более, что он уже после инфаркта был. Я начала его успокаивать, доказывать… И когда он умер в 1991 году 15 декабря, я не знала, что делать. Ведь в это время в Киеве не то что похоронить, вообще творилось что то кошмарное».
И все же 31 января 2006 года, накануне 63-й годовщины Победы в Сталинградской битве, прах Василия Григорьевича Зайцева торжественно перезахоронили на Мамаевом Кургане. Спустя 15 лет последняя воля легендарного снайпера была исполнена.

При недавней встрече с одним из родственников, потомков рода снайпера В.Г. Зайцева, выяснилось, что в семье помнят знаменитого сородича, чтут его заслуги и воспитывают детей в том же духе любви к Родине, что было одной из характерных черт снайпера-героя, доблестного защитника Сталинграда.

Шафиков Артур, Миасс

Поделиться в социальных сетях

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий